Сноуден: «пакет яровой» противоречит здравому смыслу

Какие же решения эффективные?

Есть сведения, что частично финансирование новых разработок будет переведено с фондов ФРИИ, РВК, Сколково, Росинфокоминвеста, Роснано. Однако и госзаказа нет, и тендера.

Пока же для сбора информации ФСБ предлагает использовать оборудование для СОРМ. Его уже закупает и устанавливает любой оператор связи, желающий получить лицензию. Сейчас идет запись звонков только тех лиц, в отношении которых производятся ОРМ. Объема буфера данных хватает на 12 часов. Силовики предлагают расширить объемы и называют реально достижимые цифры 6 месяцев. 

А вот Минпромторг знает, кому по силам разработать оборудование и ПО для закона Яровой. По тексту письма, направленного ведомством Президенту, ясно, что реализовать техническую задачу властей может «Ростех». Для снижения затрат операторов связи, на плечи которых закон возложил обязанности по слежке, предложено создать всего одну компанию, предоставляющую хранилища. И, что главное, учреждение такой компании – отличная возможность для вложения средств Пенсионного фонда.

Поиск компаний, способных технологически обеспечить весь объем законодательных требований антитеррористического пакета Яровой, может затянуться. С момента принятия закона прошло 2,5 месяца, но уже понятно, что компаний такого масштаба в России нет. А финансирование взять неоткуда.

Реализация пакета Яровой на деле

На встрече с представителями Единой России, состоявшейся 6 сентября, Владимир Путин высказался о возможности внесения коррективов в пакет Яровой. Случится это, если власть и частный сектор найдут вариант, при котором будут соблюдены и задача обеспечения безопасности граждан, и интересы операторов. Видимо, подсчеты затрат на хранилища данных, а также поиск подходящих российских компаний, готовых разработать и обеспечить всех заинтересованных местом для хранения, помогли осознать некую непродуманность закона. Согласно выводам технической оценки, пока ни одна из российских компаний не отвечает всем требованиям закона и не может предоставить оборудование. А иностранные технологии использовать нельзя. 

Ирина Яровая, присутствовавшая на встрече 6 сентября, заявила, что создание информационного суверенитета от иностранных организаций – это главная задача, для решения которой законом установлен срок в 2 года. Действовать на опережение – значит найти в России самое эффективный вариант организации хранилищ данных. 

Эдвард Сноуден раскритиковал противоречащий здравому смыслу пакет Яровой не только из-за нарушений прав человека, но и как технически плохо осуществимый и ненужный. Он заявил, что обычному провайдеру с внешним каналом на 50 Гб в секунду понадобится хранилище более чем на 100 миллионов Гб. Бросать столько средств на обслуживание закона, не соответствующего ни внутреннему, ни международному праву, – это произвол и недальновидное решение. Рано или поздно закон отменят, и огромные суммы канут в неизвестность.

Мнение Эдварда Сноудена о пакете Яровой

А сейчас слово просит наш центр видеозвонков и видеовопросов. Анна, пожалуйста.

А.Павлова: Да, коллеги, спасибо. У нас есть неожиданное, я бы даже сказала, сенсационное видеопослание. Мы получили его от человека, который совершил настоящую информационную революцию, разоблачив слежку за десятками миллионов людей по всему миру.

Владимир Владимирович, свой вопрос Вам задаёт бывший агент американских спецслужб Эдвард Сноуден.

В.Путин: Как же без этого?

Э.Сноуден (вопрос был задан по‑английски): Здравствуйте! Я хотел бы задать Вам вопрос о массовой слежке за онлайн-коммуникациями и массовом сборе частной информации разведывательными и правоохранительными службами. Не так давно в Соединённых Штатах Америки два независимых расследования Белого дома, а также федеральный суд пришли к выводу, что такие программы неэффективны в борьбе с терроризмом. Выяснилось также, что они приводят к необоснованному вторжению в частную жизнь рядовых граждан – людей, которые никогда не подозревались в каких‑либо правонарушениях или преступной деятельности; а также, что такие агентства при проведении расследований располагают средствами, которые в куда меньшей степени вторгаются в частную жизнь граждан, нежели такие программы. Я слышал мало общественных дискуссий по поводу вовлечённости России в политику массовой слежки. Поэтому я хотел бы спросить Вас: занимается ли Россия перехватом, хранением или каким‑либо анализом коммуникаций миллионов людей, и считаете ли Вы, что простое повышение эффективности разведывательной работы и расследований правоохранительных органов может служить оправданием для того, чтобы помещать под наблюдение не отдельных субъектов, а целые общества? Спасибо.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, я думаю, что Вы поняли, в общем.

В.Путин: В целом понятно.

К.Клеймёнов: Вопрос профильный господина Сноудена. Вы же общаетесь, мы видим во время саммитов, свободно с мировыми лидерами. Я нашим зрителям, конечно, попробую перевести.

В.Путин: Американский английский немножко всё‑таки отличается.

К.Клеймёнов: Я старался записать. Я повторю сейчас, вопрос профильный.

В.Путин: В целом понятно, занимаемся ли электронной слежкой?

К.Клеймёнов: Он спрашивал по поводу массовой слежки за онлайн активностью в интернете и сбора персональной информации, естественно, пользователей. И система судебная в Штатах признала неэффективным метод массового сбора информации в борьбе с террористами. Это важный момент. И что‑то там было, по‑моему, про необоснованность вмешательства в личную жизнь граждан. Сноуден сказал, что он видел дискуссию, которая в России на эту тему была развёрнута. И вопрос, адресованный к Вам, звучал следующим образом: занимается ли Россия перехватом, хранением и анализом информации о переговорах миллионов людей? И считаете ли Вы, по‑моему, он сказал, справедливым, или оправданным, массовый контроль?

В.Путин: Уважаемый господин Сноуден! Вы – бывший агент. Я раньше имел отношение к разведке, так что мы оба с Вами будем говорить на профессиональном языке. Прежде всего у нас существует строгая законодательная регламентация использования специальными службами специальных средств, в том числе и прослушивания телефонных разговоров, слежки в интернете и так далее. И эта регламентация связана с необходимостью получения разрешения суда в отношении конкретного гражданина. И поэтому массового характера, не избирательного, у нас нет и в соответствии с законом быть не может. Конечно, мы исходим из того, что современные средства коммуникаций используются преступными элементами, в том числе и террористами, и для своей преступной деятельности, и, конечно, специальные службы должны соответствующим образом в этой же среде, используя современные способы и средства, реагировать и бороться с преступлениями, в том числе и террористического характера. И, конечно, мы это тоже делаем. Но такого массового масштаба, бесконтрольного масштаба мы, конечно, себе не позволяем. Надеемся, я очень надеюсь, никогда не позволим. Да и технических средств у нас таких и денег у нас таких нет, как в Соединённых Штатах. Но самое главное, что всё‑таки у нас специальные службы, слава богу, находятся под строгим контролем государства, общества, и их деятельность регламентирована законом.

Курсивом в фигурных скобках — мои примечания. (Не автора поста на Пикабу)

Сноуден против «Пакета Яровой»

Эдвард Сноуден осудил законопроект Яровой и призвал Путина не подписывать его

Новый «антитеррористический» закон, одобренный российскими законодателями на этой неделе, подвергся критике со стороны самого известного резидента страны — бывшего сотрудника Агентства национальной безопасности Эдварда Сноудена (Edward Snowden).

После того как в пятницу, 24 июня, Государственная Дума одобрила этот обширный пакет поправок, утром в субботу г-н Сноуден опубликовал на своей странице в Твиттере сообщение, в котором он призвал президента России Владимира Путина не подписывать этот закон.

«Новый российский “закон Большого брата” неосуществим, это непростительное нарушение прав, и он не должен быть подписан», — написал г-н Сноуден.

Если этот закон вступит в силу, то телекоммуникационные компании и интернет-провайдеры должны будут хранить сообщения и переписку своих клиентов в течение шести месяцев и предоставлять эти данные правоохранительным органам без решения суда. Что касается метаданных, то компании должны будут хранить их в течение трех лет.

Что ждать от закона?

Никто не послушал, что говорили Дуров, Яндекс и Сноуден про пакет Яровой. И, несмотря на надежды о наложении президентского вето и отклонении в Совете Федерации, 7 июля 2016 года Путин подписал Федеральный Закон 374-ФЗ, вносящий изменения в закон «О противодействии терроризму» и еще в 12 отдельных законодательных актов. Основная цель закона – установление дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности. 

Принятый законопроект был разработан депутатом Госдумы Ириной Яровой и сенатором Виктором Озеровым. Антитеррористический пакет Яровой называют ударом для российского бизнеса, т.к. издержки, которые понесут предприниматели, пытаясь соблюсти закон, огромны, и не все смогут их потянуть. Сноуден об издержках высказался прямо, будучи уверен, что они лягут на плечи населения в виде изменения тарификации. 

Одно из главных нововведений пакета – обязанность всех сервисов, шифрующих данные пользователей либо дающих право самим пользователям шифровать, предоставлять в ФСБ ключи для декодирования сообщений и других передаваемых данных. В целях безопасности государство решило облегчить работу спецслужб, так как дешифрование – долгая и муторная работа, а end-to-end мессенджеры не поддаются расшифровке. Поэтому сервисы, не соблюдающие Порядок сертификации средств кодирования, разработанный ФСБ, будут штрафовать в размере до 1 млн. рублей. 

 Еще большее недовольство новый закон вызвал у операторов связи и интернет провайдеров. На них пакетом Яровой возложены следующие обязанности:

  • полгода хранить весь трафик пользователей: текстовые, голосовые сообщения, передачу данных, изображения,
  • три года – информацию о сеансах связи (метаданные трафика: время, место, отправитель и получатели), интернет провайдеры – в течение года,
  • предоставлять по официальному запросу уполномоченного органа (ФСБ) всю перечисленную информацию, а так же любую иную, необходимую для спецслужб. 

Для соблюдения законодательных требований операторам связи необходимо будет обзавестись хранилищами данных. На сегодняшний день это может привести к скачкообразному взлету цен на услуги связи. И еще к тому, что многие операторы просто исчезнут с рынка, не имея финансовой возможности соблюдать закон.

Ранее в Твиттере Сноуден прокомментировал подписание пакета Яровой, отмечая, что реализация всех пунктов в полном объеме может в итоге обрушить российскую экономику и привести к коллапсу IT разработок.

Представители отрасли уже просили Президента о введении налога для операторов связи в размере 1% от дохода в год. Полученную сумму предлагали пустить на организацию системы хранения данных. Этим, по словам генерального директора «Мегафона» Сергея Солдатенкова, должны заниматься властные структуры, а не компании. Дополнительные же затраты и нагрузка на операторов приведут к росту цен на связь, падению качества предоставляемых услуг, а также к сокращению объема инноваций и разработок в области передачи данных. У государства есть время до 2018 года, чтобы в тандеме с операторами связи разработать максимально эффективное решение для фактического применения своих требований. 

Напомним!

Проживающий в России бывший сотрудник АНБ, Эдвард стал известен всему миру после рассекречивания огромного пласта документации и сведений американских спецслужб и внешней разведки. Находясь в 2013 в Гонконге, он дал интервью английскому «The Guardian» и американской «The Washington Post», раскрыв всему миру характер деятельности АНБ и ЦРУ. Что рассказал Сноуден? 

Разуверившись в государственном аппарате США и поняв, что с приходом к власти Обамы нарушений прав граждан спецслужбами стало только больше, Эдвард Сноуден представил информацию, разоблачившую американские службы касательно: 

  • фактов слежения за населением 60-ти стран мира, 
  • слежки за европейскими правительственными организациями и ведомствами,
  • программы PRISM, созданной для прослушки и анализа переговоров и переписки по телефону и интернету американцев с иностранцами. При помощи данной технологии сотрудники спецслужб могли входить в аккаунты пользователей соцсетей, незаметно присутствовать при видеоконференциях, получать любую информацию с сервисов, где требуется регистрация. В этой программе добровольно принимали участие самые крупные игроки интернет индустрии, например, Skype, Gmail, YouTube, Facebook и другие, 
  • совершенно секретного постановления Суда по контролю за внешней разведкой США (FISC), которое обязывало оператора сотовой связи Verizon в течении 90 дней выдавать спецслужбе метаданные всех звонков, произведенных на территории США.

В дальнейшем аналитики предположили, что это был не единичный документ, как в отношении Verizon, так, возможно, и всех остальных, работающих в Штатах операторов. Таким образом, власти Америки получали доступ к личной жизни каждого американца, вне зависимости от того, подозревался он в чем-то или нет. 

Поделитесь в социальных сетях:vKontakteFacebookTwitter
Напишите комментарий